waspono (waspono) wrote,
waspono
waspono

С чего завершается Родина?


Нынче поутру зашел ко мне доктор; его имя Вернер, но он русский. Что тут удивительного? Я знал одного Иванова, который был немец.
    М.Ю.Лермонтов. Герой нашего времени. Княжна Мери.


    Автор заметок, цитируемых ниже, взялся за интересную тему. Хорошо взялся! 
    Только тема велика. Оставляет,  в силу своей величины, место для новых размышлений. Но сначала слово автору:

Оригинал взят у morozovsb в С чего завершается Родина?
Почему кому страна, а кому Родина. Мой текст на сайте газеты "Завтра":



http://zavtra.ru/content/view/s-chego-zavershaetsya-rodina/




    По странам ездят, и в них живут. На Родине рождаются и умирают. В славе и в позоре, в достатке и в нищете – но это все уже вторичное. «У тебя мама-папа был?» Судя по всему, нет. Была только страна, квартира, место регистрации.
[...]
     Когда я слышу «моя страна», чудится мне в этом что-то частнособственническое, словно говорят о личном участке в -надцать соток, или о собственной жилплощади. «Мое», то есть купленное, приобретенное в личное пользование.
[...]
    Совсем иное дело «Родина». Здесь хрестоматийно, как о матери, которую в аптеке не купишь. Какую Бог дал, люби и почитай.
     Вот с этого признания родства, с «люби и почитай» по одну сторону, и с туристического восприятия России как «моей страны», как одной из многих, начинает завершаться Родина, переходя из состояния космоса, воздуха, без которых нет жизни сердцу и душе, в ранг простого места регистрации.
    Следующий момент  - культура. Здесь тоже завершение. Мы уже привыкли к привычному ряду – Толстой, Чайковский, Достоевский. Есть чем гордиться, правда? Одна вот загвоздка – Родина и культура ими не начинаются, они ими заканчиваются. Все это hi-end, высокий конец по-нашему. А за ним сокрыты начало и сам процесс – настоящая культура, народная. Как только родная культура сжимается до пантеона классиков, одобренных к тому же в качестве таковых Гарвардом, Оксфордом и Сорбонной, Родина на этом начинает заканчиваться. Потому что все остальное, не дотягивающееся до этого hi-end'а просто отбрасывается. Какая-такая Родина? Шостакович и Чайковский – вот Родина, а за их пределами только страна, «за которую стыдно». Дальше-больше. Наш Бах, наш Шекспир, наш Моцарт, а не Александров, приличный человек Паула фон Прерадович, а не лукавый поэт-царедворец Михалков.   Шажок за шажком уже не только от Родины, но и от страны и деятелей hi-end'а. 
[...]
    Вот так. Помаленьку, полегоньку отсекается сперва народная культура, затем неприличные деятели культуры высокой, и остаются в усеченном и отредактированном виде только те, кто дозволяется западной цензурою. 
     Все милое и дорогое сердцу, только в Европе. Только оно может быть априорно великим и всеобщим. Ну как же, газон стригли, сыр варили не одно столетие. А в России что? Ни газонов, ни сыров, одни избы, мужики да бабы. В России ничего милого нет, только грязь, свиньи и правительство. Как они могут быть милы?
[...]
    Стыдно, стыдно – пишут нынче на каждом углу. У Улицкой лучше: стыд вместо ненависти. Кажется, что так лучше. На самом деле ничуть, и не потому что от ненависти до любви один шаг, а потому что ненависть чувство развернутое вовне, а стыд обращенное во внутрь. Кабы они по старинке все Россию ненавидели, а то ведь стыдятся, то есть безразличны уже вполне. Стыд подвигает отказаться уже не от Родины, а от страны. Стыдно, не моя страна. Чемодан, аэропорт, Лондон.
     Нет, они все слишком чистоплотные, в этом все дело.
     Родина не храм, а мастерская. Но при туристическом белоручном отношении, когда кто-то должен сделать, кто-то должен построить отстоять, трудно ожидать патриотизма.
     Барство. Белая лента, белая гвардия, белая кость. Нельзя землицей испачкать, кровью заплескать.
[...]
     «С чего завершается Родина?» - ответ на этот вопрос, кажется прост. Он начинается с бессердечности, с равнодушия, с движения по той самой лестнице вверх и в небо от плодородной, родящей народной, родной земли, с туризма, с превращения своей жизни из части истории Отечества в справочник по страноведению.
(Сергей Морозов. С чего завершается Родина?


     Яркая вышла картина. Постепенного отпадения от родных культуры и народа. Через элитаризм, много-о-себе-думанье, сверх всякой меры восхищение, пусть чужим, зато пёстреньким*. Привлекательно-завлекательно-увлекательно пёстреньким. В сторону от своего "завлекающим" и "увлекающим". Иногда - насовсем. До полного отрыва от корней и житья дальше чужой жизнью ( "Another hole in the wall" - http://vaspono.livejournal.com/912747.html ). И в советское время явление имело место. И в досоветское. В постсоветское стало массовым ( . Давняя, так сказать "традиция". "Низкопоклонства". Хотя, может и без кавычек надо - низкопоклонства. Самое оно и есть! 
    Этому явлению есть и зеркально-симметричное соответствие.
    Явление прирастания к корням. Когда шотландец Георг Лермонт (через несколько поколений) даёт великого русского поэта Лермонтова. Эфиоп Ибрагим - правнука Пушкина. Униатский священник из обедневшей шляхты - знаменитого внука Достоевского. И так далее ... Великая империя и великий народ, разрастаясь, вбирали в себя соседей. И те делались - русскими! Не сразу, в потомках, но - русскими. И вносили свой вклад и в строительство империи и в её культуру. Болеслав Маркевич и Пётр Багратион, Денис Фонвизин и Константин Аксаков ... Список огромен ... С разных концов света пришли они на Русскую землю. И в разное время. Сто, двести, четыреста, тысячу лет назад ... Пришли и остались. Наверняка, предки и не знали ничего, кроме самых "верхушек" ("hi-end" у Морозова) русской культуры, откуда бы им? В толщу народной традиции погрузились потомки, да они сами и стали частью этой традиции. Пушкин писал невесте письма по-французски. Но сказки слушал - Арины Родионовны. Иноязычный эпистолярий остался курьёзным фактом, а великий поэт вырос - русским. 
    Так повторялось не единожды за тысячелетнюю историю нашей Родины.

    Потому в качестве рабочей гипотезы по отношению к персонажам, описанным Морозовым, стоит рассмотреть и ещё вариант: никакого "отпадения" от Родины у них и не было. Наоборот - это они "прирасти" к ней не успели!
    Или (что гораздо хуже!) - НЕ ПОЖЕЛАЛИ.
    Багратион, например, успел стать русским. Русским генералом. Генералом, отдавшим жизнь за Россию. А многократно обласканный и награждённый и советской и российской властями Буба Кикабидзе - не пожелал** Что ж, его право, его выбор. Есть право и у нас - составить СВОЁ мнение.
    В последнем случае (он тоже, увы, не единичен) никакая родина не "завершалась". Не начиналась даже! Не родиной им была - кормовой базой ... Временной.

    От того так легко и срываются.
    Туда, где похамонистей .


* - «В день Иоанна и Павла, что было в 26-й день месяца июня», появился «одетый в пестрые покровы флейтист». Неизвестно, кем он был на самом деле и откуда появился. 
( https://ru.wikipedia.org/wiki/Гамельнский_крысолов ).

** - «Все течет, все меняется, кроме русского шовинизма», – заявил известнейший и любимый многими актер Вахтанг Кикабидзе. 
http://rufabula.com/news/2014/04/02/kikabidze

Tags: Мы и Другие
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment